Максимилиан Бюссер, создатель бренда MB&F, из тех людей, которые совершают нереальное просто потому, что не задумываются – а насколько же это возможно… Однако его никак нельзя сравнить с плохо знавшим физику Эйнштейном, который додумал свою концепцию устройства мира там, где ему не хватило фактов. Нет, этот человек, как и все другие созидатели миниатюрных вселенных, заключённых в корпусе под крышкой, потратил годы на изучение часового искусства –от самых азов и до сложнейших современных технологий. Тем не менее, он играючи устроил революцию в этом мире только затем, что ему очень хотелось создавать шедевры. Но не хотелось делать это «как все».

Ведь это же так просто, правда? Надо только забыть о том, что всё всерьёз. И вспомнить свои детские мечты – самые фантастичные. А ещё позвать воображаемых друзей, и неважно, кто именно это был: у каждого ребёнка они свои, в его собственной волшебной стране, где действуют совсем другие законы. Главное, что основатель Maximilian Büsser&Friends, изначально не имевший никакой поддержки своему «безумному» начинанию извне, всегда ощущал её изнутри. И, даже будучи взрослым, позволял себе играть. И использовал свои детские желания и мечты в качестве ракетного топлива в процессе освоения космоса. Что, вполне закономерным образом, помогло ему создать свой идеальный «круг друзей» в деле своей жизни. Но давайте, всё же, по порядку.

Максимилиан Бюссер, швейцарский потомок одного из династических колен древнего итальянского рода, занялся часами, вняв совету мудрых родителей, полученному ещё в пору студенчества в Швейцарском федеральном технологическом институте. Выбрав в рамках курсовой работы социологическое исследование на тему интереса людей к дорогим качественным часам, он, недолго думая, связался с ведущими часовыми мануфактурами. И так же легко получил приглашение посетить их производства! Так, уже на третьем курсе, он лично познакомился с главными лицами швейцарской часовой промышленности – и его теоретический интерес к теме обрёл вполне конкретную базу. Получив диплом, Бюссер разослал резюме в несколько компаний, не связанных с производством часов, и поехал отдохнуть на горнолыжный курорт, где случайно столкнулся с представителем мануфактуры Jaeger-LeCoultre, который и знакомил его с фабрикой во время того самого исследования! И практически сразу получил предложение о работе, пройдя собеседование по возвращении домой. Так он оказался в мире часов уже окончательно и бесповоротно, приняв его религию и идеологию и полностью отдавшись сложной и увлекательной деятельности часового сотворчества.

Продуктивно проработав в чужом бизнесе (а на тот момент это был часовой и ювелирный дом Harry Winston) полтора десятка лет, Макс Бюссер осознал, что эта ступенька освоена им полностью, исхожена вдоль и поперёк, и ему уже тесно на ней. И принял очень ответственное и верное решение, сделав шаг в никуда. При нём был его опыт, мастерство и идеи, честным трудом наработанное доброе имя – но не было достаточного начального капитала для открытия собственного дела. И он так же запросто обратился к ритейлерам, хорошо знавшим разрабатываемую им продукцию и доверявшим его идеям, за помощью. И получил от них необходимые вложения, которые позволили ему заняться реализацией тех идей, которые не могли в полной мере воплощаться в рамках совсем иного концептуально отношения к часовому производству. Ведь для любого часового дома часы это, прежде всего, продажи и прибыль. А для самого Бюссера это было искусство – не ради привлечения массы клиентов, а ради возможного нахождения таких же «сумасшедших», которые по достоинству оценят не его слишком практичные, но такие захватывающие идеи!

И он собрал свою команду таких же увлечённых часовых мастеров, для которых основной идеей была разработка чего-то увлекательного и невообразимого ранее. Их сплочённая команда единомышленников ориентировалась не на массовые продажи, а именно на созидание творений, которые никто, кроме них, наверное, не изобрёл бы. Чего стоит проект Horological Machine, в рамках которого творческая лаборатория MB&F выпускала от раза к разу принципиально разные модели, с никак не пересекающейся тематикой, каждую – со своей концепцией; причём к созданию их привлекались мастера, специализирующиеся именно на данном конкретном акценте, «изюминке» устройства! А парные часы в виде роботов, которые он нарёк фамильными именами, исстари принятыми в его роду? Такое ощущение, что Максимилиан Бюссер просто-напросто играет в увлекательную игру – но уже не один, сам с собой, как в детстве, а в компании единомышленников-профессионалов. Позволить себе играть в повседневной жизни, работая с неиссякаемым интересом и удовольствием – наверное, это и есть счастье?